Фильм, интервью, народ

Обязанности Присяжных Заседателей

1. Адвокатское издание Устава уголовного судопроизводства

Среди изданий Устава уголовного судопроизводства 1864 г. есть довольно интересные экземпляры. К ним можно отнести «адвокатское» издание под редакцией присяжных поверенных М.В. Беренштама и В.Н. Новикова. Издание со всей очевидностью предназначалось не для кабинетной библиотеки, а для каждодневного использования на следствии и в суде. Об этом свидетельствует износоустойчивый и неброский переплет, карманный формат, оптимальный размер шрифта, позволяющий уменьшить объем, минимальная цена- 80 копеек. У верхнего края обложки издания Устава помещена надпись: «Присяжные поверенные М.В. Беренштам и В.Н. Новиков». Для того времени такие специализированные неофициальные издания Уставов не были редкостью. Этот Устав выдержал 4 переиздания, в 1914 г. было выпущено последнее. Смысл переиздания Устава состоял в приведении его текста в полное соответствие со всеми изменениями и дополнениями. Никаких баз данных тогда, естественно, не было, а официальные издания Уставов выходили не часто, присяжным поверенным того времени приходилось вклеивать изменения прямо в книгу закона, что было не совсем удобным (не раз видел издания с такими вклейками). Поэтому в неофициальных изданиях Уставов у практиков того времени была насущная потребность.

Авторский вклад присяжных поверенных в переиздание Устава не свелся только к обновлению текста закона, ими был составлен обстоятельный алфавитный указатель, который предпосылался тексту закона. Надо отметить, что указатель составлен очень добротно, с нужной степенью детализации. Например, применительно к термину «присяжный поверенный», указатель сразу отсылал читателя к «осмотру следователем бумаг» (досье) адвоката, который был регламентирован статьей 370 Устава. Кстати, там указывалось, что такой осмотр возможен только «вместе с присяжным поверенным» (предвосхищая на 150 лет и постановление ЕСПЧ по жалобе Колесниченко и недавнее постановление Конституционного Суда РФ).

Биографии авторов этого издания Устава также заслуживают внимания.

Михаил Вильямович Беренштам был присяжным поверенным в Санкт-Петербурге, исполнял обязанности товарища председателя Совета присяжных поверенных при Санкт-Петербургской судебной палате, входил в комиссию по изданию «Истории русской адвокатуры». Н.П. Карабчевский в своих записках «Что глаза мои видели» вспоминал: « На общих собраниях петроградских присяжных поверенных группа "коллег", пытавшихся, при всяком удобном, а чаще неудобном случае, революционировать сословие, была уже ясно обозначена. Состав ее, сложившийся еще в 1905-1906 гг., после тогдашних неудачных забастовок и "снимания судей", не был еще очень велик, но отличался дисциплинированною компактностью.

Пришлось убедиться например, что кружок этот стал сторониться от своего прежнего чуть ли не кумира, умного и деятельного М. В. Беренштама, много лет избиравшегося товарищем Председателя Совета, и вынесшего на своих плечах всю советскую работу за время номинального председательствования в Совете престарелого Д. В. Стасова, только потому, что его, как "умного оппортуниста" ценил и, как говорили, даже "полюбил" Прокурор Судебной Палаты Крашенинников, которого называли "садистом адвокатских вольностей". В последний год эти господа порешили даже "забаллотировать" М. В. Беренштама. Последний, однако, не доставил им этого торжества: как "призванный прапорщик", он сам уклонился от кандидатуры не только в Товарищи Председателя, но и в члены Совета».

Вячеслав Николаевич Новиков также был присяжным поверенным в Санкт-Петербурге. В мировую войну помощник особоуполномоченного на Северном фронте, прапорщик запаса. После Февральской революции был назначен Временным правительством товарищем прокурора Гражданского кассационного департамента Сената. Во время Гражданской войны работал в Сибирском правительстве адмирала А. В. Колчака в Омске. Юрисконсульт Министерства юстиции, сенатор Гражданского департамента, товарищ председателя Российского общества Красного Креста (РОКК).

В 1920 эмигрировал через Токио во Францию, жил в Париже. Занимался частной адвокатской практикой. В 1951 переселился из Франции в США. Посвятил себя церковной деятельности, работал в Нью-Йорке в церкви Святого Серафима. Напечатал «Мои адвокатские воспоминания» в «Новом журнале» (1955) и «Из воспоминаний адвоката» в «Русской мысли» (1959, 19 марта).

2. Вторая жизнь Устава уголовного судопроизводства России: эстонское издание 1923 года

Одним из любопытных изданий Устава уголовного судопроизводства является эстонское переиздание этого нормативного акта в 1923 г. в г. Тарту (Юрьеве) товариществом «Ноор-Эсти». Книга вышла под редакцией Товарища Прокурора Тартусского окружного суда А. Л у й г а.

Это издание особенно интересно тем, что в России (на большей части ее территории) Устав перестал действовать с момента издания Декрета о суде № 1 с 22 ноября (5 декабря) 1917 г., поскольку этот декрет не только упразднял общие судебные установления и приостанавливал деятельность мировых судей, но и устанавливал, что суды «…решают дела именем Российской Республики и руководятся в своих решениях и приговорах законами свергнутых правительств лишь постольку, поскольку таковые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и революционному правосознанию».

Высшая судебная инстанция России Сенат отреагировала на декрет своим постановлением, в котором говорилось: «Сенат осведомился о намерении лиц, захвативших власть незадолго до созыва Учредительного собрания, которое должно являться истинным выражением директивной воли русского народа, посягнуть на самоё существование Правительствующего сената, в течение слишком 200 лет стоящего на страже закона и порядка в России. Эти лица, решаясь упразднить Правительствующий сенат и все суды, подрывают сами основы государственного строя и лишают население последней его опоры — законной охраны его личных и имущественных прав. Преступные действия лиц, именующих себя народными комиссарами, в последние недели свидетельствуют, что они не останавливаются перед применением насилия над учреждениями и лицами, ставшими на страже русского государства. Прежде чем насилие коснется старшего из высших учреждений России и лишит Правительствующий сенат возможности возвысить свой голос в час величайшей опасности для родины, созванное на основе ст. 14 Учреждения сената общее собрание сената определяет, не признавая законной силы за распоряжениями каких бы то ни было самочинных организаций, неуклонно исполнять впредь до решения Учредительного собрания об образовании власти в стране возложенные на Сенат законом обязанности, доколе к этому представляется какая-либо возможность, о чём и дать знать всем подчинённым местам, и лица». Чем закончилось это противостояние, хорошо известно…

Между тем, в Эстонии после 1919 г., когда ушли оккупировавшие этот регион немецкие войска, Устав уголовного судопроизводства продолжал действовать и действовал вплоть до конца 30-х годов, дополнялся и изменялся отдельными актами Эстонии.

Потребность в переиздании Устава в такой ситуации была очевидной. Издатель указывал в предисловии: «Побуждением к изданию настоящего сборника послужила насущная потребность в этом Уставе, как со стороны юристов-практиков, так и со стороны студентов-юристов. Все старые издания распроданы или погибли в вихре переворотов гражданских войн».

Интересно, что, судя по экслибрису, владельцем этой книги Устава был эстонский адвокат Август Вебер. Когда в Эстонии принимали закон, изменявший содержание той или иной статьи Устава, адвокат аккуратно вклеивал текст новации на эстонском языке, последняя такая вклейка датирована 1927 годом.

Обращает на себя внимание и место переиздания Устава – г. Тарту (Юрьев), где располагался старейший Тартусский университет (о студентах упоминается в предисловии к этому изданию). В 1919 году, после ухода интервентов и становления независимости Эстонии, Тартуский университет был реорганизован в национальный университет с обучением на эстонском языке, но русскоязычная уголовно-процессуальная наука в нём продолжала развиваться, о чем также свидетельствует это переиздание Устава.

Необходимо отметить, что в это же самое время в г. Риге в издательстве Давида Гликсмана был переиздан самый популярный среди практиков в дореволюционной России комментарий к Уставу уголовного судопроизводства под ред. М.П. Шрамченко, В.П. Ширкова.

3. Формат миниатюрной книги...

Среди всех изданий Устава уголовного судопроизводства, самое оригинальное – неофициальное издание 1916 года из серии «Библиотечка юриста» в формате миниатюрной книги. Устав (с размерами блока 60 на 80 мм, толщиной 24 мм) легко умещается на ладони, являясь настоящим произведением книгопечатного искусства. Минимальные габариты не сказались на качестве печати, оно вне всякой критики, буквы очень четкие, читаются легко. Издание, помимо текста закона, включает алфавитный указатель и оглавление.

Устав издан под редакцией профессора М.Н. Гернета, известного ученого процессуалиста тех времен, редактора 2 и 3 томов «Истории русской адвокатуры» (1916 г.), а также 5 томов знаменитого «Систематического комментария к Уставу уголовного судопроизводства» (1914 -1916 г.г.). Именно он стал автором алфавитного указателя к Уставу, отличающегося полнотой и точностью.

Размышляя над причинами, побудившими издателя на такой оригинальный вариант печати Устава, отметим общую склонность той эпохи к изысканным предметам и аксессуарам, а также возросшую в конце 19 века в России популярность миниатюрной книги. В период с 1891 по 1895 гг. «Южно-русское книгоиздательство Ф.А. Иогансона» (Киев, Харьков) выпустило более 300 наименований книг размером от 55x73 мм до 60x80 мм в мягких и твердых обложках. Тираж многих книг достигал 5000 экземпляров, а общий тираж составил около двух миллионов томов.

Однако, представляется, что адресатом этого издания Устава были все-таки не книжные коллекционеры, а юристы-практики, учитывая его удобный карманный формат и исключительное качество печати. Жалко только, что пользоваться этим изданием Устава им пришлось недолго…